Я был атеистом

автор: testimony

Я знал, что умираю. «Хотелось бы умереть так спокойно, как Иоанн Павел II». При жизни он для меня ничего не значил

 

Был предрождественский вечер 2005 года. Днем из меня вытекло два полных пакета крови. Я знал, что умираю. Этой ночью я хотел быть один. Я попрощался с близкими и сказал им: «Хотелось бы умереть так спокойно, как Иоанн Павел II». В апреле я наблюдал его прекрасную смерть на глазах всего мира, и она оставила неизгладимое впечатление. Теперь, умирая, я не думал о том, что при жизни Иоанн Павел II ничего для меня не значил – разве что где-то в душе я чувствовал гордость, что мой земляк занимает такой высокий пост в Ватикане.

Теперь я был в своей комнате. Признаться, я очень боялся смерти, а она стояла уже в двух шагах от меня. Из страха я начал произносить известные мне молитвы Отче наш, Радуйся Мария, Верую и Ангел Господень. Тот же самый страх привел к тому, что в мыслях я обратился к Иоанну Павлу II с просьбой, чтобы в этот момент, в момент смерти я мог обрести такой же покой, с каким умирал он. Я не знаю, как это произошло, но как только я об этом подумал, я начал мысленно беседовать с ним так, как будто он находился здесь, рядом со мной...

Я не знаю, сколько это длилось. Сколько надо времени, чтобы не спеша, в атмосфере доверия и чувства безопасности рассказать о семидесяти годах своей безбожной жизни? Я продолжал рассказывать, пока не почувствовал спокойствие и заснул.

Утром я пришел на завтрак, чем вызвал остолбенение всей моей семьи. Я был здоровым. И до сего дня я здоров – как может быть здоров в меру натренированный, закаленный мужчина в моем возрасте. Я продолжаю работать. Врач сказал, что это чудо. Моя жена говорила то же самое. Мне понятие чуда было незнакомо, и тогда я не называл происшедшего чудом. Ведь я был атеистом, убежденным коммунистом, твердо стоящим на ногах. Я хорошо знал также и то, что с раком предстательной железы в стадии, в которой он был у меня, есть только один выход – смерть. А я несмотря ни на что выжил и устроился на ответственную работу, храня в сердце тайну моего исцеления.

Скажете, что со мной произошло нечто необыкновенное? Я с этим согласен. Но это всего лишь прекрасный финал моей болезни, предельно удивительный, если принять во внимание всю мою жизнь до этого...

Я родился в 1934 году в богатой набожной семье. Во время войны мне было семь лет, и я прокрадывался к расположенному неподалеку лагерю, чтобы отнести заключенным кое-какую помощь (это свидетельствует о моей храбрости). Моя дорогая мама научила меня нескольким молитвам, которые я читал из любви к ней. Одна из моих старших сестер сотрудничала с подпольной польской армией АК, а вторая вышла замуж за высокопоставленного государственного чиновника. Именно она после смерти мамы после окончания войны забрала меня у отца и отдала в детдом. Детдомом заведовало коммунистическое, не признающее религии, Рабочее Общество Друзей Детей.

Послевоенное время в нашей стране было связано с идейной борьбой с Богом и нашей независимостью. В детдоме из меня сделали активного члена коммунистического Союза Польской Молодежи (СПМ). Моей сестре из АК удалось лишь организовать тайком мою первую исповедь и Причастие.

После экзаменов на аттестат зрелости меня направили в военную партийную школу, а через год мне доверили руководящую должность в СПМ. Я начал деятельность в Бещадах против «банд», боровшихся за независимость Польши. Мне самому странно, насколько отчетливо я помню, как когда-то я сорвал с шеи одной женщины довольно большой крест и бросил его в открытую печь. Мы забирали у людей землю для колхозов, и со смехом буксировали женщин, которые, пытаясь защищать землю своих отцов, ложились под колеса тракторов со святыми образами в руках.

Видимо, я подавал большие надежды, раз меня отправили учиться в Советский Союз. Я провел там четыре года, но не спрашивайте, где и чему я учился. Я показал себя с наилучшей стороны. Я умею переносить голод и холод, как закаленный и опытный десантник.

По возвращении я стал директором воспитательного центра для детей. Я с убеждением ломал их совесть. Каждый противник коммунистической системы, а также каждый католик, был для меня врагом. Позже, работая в СПМ а затем в исполкоме ПОРП, я открыто высмеивал католическую Церковь и снимал кресты. Папа римский был для меня ничтожеством. Когда он приезжал в паломничество на Родину, один раз я стоял так близко к нему, что получил от него медальон. Поскольку для меня он не представлял никакой ценности, я отдал его приятелю, убежденному католику.

В 2004 году мне был поставлен диагноз: рак предстательной железы. Я не хотел идти в больницу. Когда, в конце концов, сын силой меня туда завез, хирург сказал, что если бы я тянул еще три минуты, у меня лопнул бы пузырь. Потом была химиотерапия, пеленки, памперсы... И так целый год, аж до этого памятного дня перед Рождеством.

Я должен добавить, что во время болезни я с большим интересом, странным для меня самого, наблюдал страдания и смерть Иоанна Павла II. Но из этого интереса ничего не следовало вплоть до памятного предрождественского дня 2005 года, когда я получил исцеление.

Когда через некоторое время нас посетил священник с рождественским визитом, мы сказали ему о моем исцелении. Но было еще слишком рано, чтобы говорить об изменениях в духовной жизни и о документировании этого чуда.

Не говорите мне, что в жизни бывают только случайности. Я глубоко убежден, что добрый Бог видит каждый наш шаг. Это подтверждает дальнейший ход событий.

В первое воскресенье Адвента 2006 года в 6:15 я спускался в лифте нашего дома, чтобы идти на работу. Я, пожилой, несколько потрепанный человек с открытой пачкой сигарет в руке. Вдруг в лифт вошла монахиня, которая шла на утреннюю Мессу. Я видел ее впервые в жизни. Мы были в лифте вдвоем. Я поприветствовал ее словами «Слава Иисусу Христу» и ни с того ни с сего сказал: «Сестра, а вы знаете, что меня исцелил Иоанн Павел II?»

Потом мы еще минуту разговаривали во дворе, и я сказал ей: «Но я на самом деле жил как попало». Но она сказала, что нужно описать происшедшее чудо и выслать в Краков. Я был готов это сделать и сообщил ей свой адрес, и на этом мы расстались, каждый пошел в свою сторону. Она потом говорила, что была под таким сильным впечатлением, что сразу же забыла, где я живу, но жалела лишь о том, что не спросила, был ли я у священника на исповеди. На следующий день мы неожиданно встретились перед моим домом, и так началась моя подготовка к исповеди и принятию Причастия после пятидесятилетнего перерыва. Это было второе чудо Иоанна Павла II, еще более удивительное, чем мое физическое исцеление. Во время рождественской Мессы 2006 года мы вместе с женой приняли святое Причастие. Она не принимала его 36 лет. С того времени я регулярно исповедуюсь раз в месяц, и в каждое воскресенье стараюсь быть на Мессе. Я не расстаюсь с розарием, и бывает, в течение дня прочитываю все четыре его части. В моей сумке, с которой я хожу на работу, теперь лежат не только бутерброды, но и молитвеннк, по которому я молюсь при каждой возможности. Я молюсь ежедневно: утром, в автобусе, в трамвае, перед сном. Я никогда не забуду, как ударили меня слова Бога в литургии св. Мессы, когда я начал готовиться к исповеди: Бог обращается ко мне лично! И я очень часто обращаюсь к Иоанну Павлу II, и всегда получаю от него помощь. Хочу лишь еще добавить, что я сам всю мою жизнь старался помогать людям, так, как понимал их нужды.

Новообращенный атеист

предыдущий   |   следующий назад

Copyright © Wydawnictwo Agape Sp. z o.o. ul. Panny Marii 4, 60-962 Poznań, tel./ fax: 61/ 852 32 82 | tel. 61/ 647 26 86